С августа украинские суды заработают по-новому

Эксперты считают, что судебная реформа усилит контроль за судьями… но не столько общественный, сколько политический.

Надежд на то, что уж теперь-то украинскую Фемиду принудительно вылечат от коррупции и повернут лицом к людям, практически не осталось. После того, как законопроект одобрил парламент, регионалы хвалили его содержание – мол, новый судья станет максимально независимым, но при этом и контролируемым. Однако прошло почти два месяца, текст закона был подкорректирован – и в том виде, в котором, наконец, заработает, по мнению многих экспертов, пользы среднестатистическому истцу не принесет. Не для него делался.



Депутат-юрист Юрий Писаренко обещал: любой сигнал, что судья живет явно не по средствам, будет учтен соответствующими органами, а процедуру привлечения к ответственности изменят полностью – за нарушение присяги будут лишать должности в два счета.

Однако председатель Центра политико-правовых реформ Игорь Колиушко поделился с «Газетой…» сомнениями, что подобные чистки кадров станут проводить объективно, с оглядкой на интересы простых граждан. Ведь параллельно с приятными нововведениями вроде вышеописанного реформа уменьшает количество судей Верховного суда, заметно ограничивает его функции, напрочь ликвидирует военные суды, зато наделяет существенными полномочиями Высший совет юстиции (ВСЮ) – то есть сориентирован совсем не на «маленького украинца».

– Все эти изменения создадут систему, в которой каждого судью в любой момент можно будет уволить за нарушение присяги, было бы желание – то есть судей ставят в прямую зависимость от политиков, – говорит бывший депутат, соавтор многих законопроектов в отрасли конституционного права и судебных реформ Колиушко. – Теперь судьи, дорожа своими постами, будут ориентироваться исключительно на политические команды – ведь ВСЮ на 100% зависит от президента, главы комитета ВР по вопросам правосудия Сергея Кивалова и других участников властного консорциума.

Решения самого ВСЮ, по словам оппозиционера Юрия Кармазина, обжаловать будет крайне сложно – согласно ранее принятому закону о недопущении злоупотребления правом обжалования, жалобы на совет будет принимать единственная спецпалата при Высшем админсуде, и ни апелляционный, на кассационный порядки на решения совета не распространяются.

– А если посмотреть глубже, влияние на судебную систему перемещается в администрацию президента, ведь основная часть состава совета формируется через нее или связана с ней, – отмечает нунсовец. – При этом некоторые гражданские права ограничиваются – чтобы украинец смог обратиться в Верховный суд, на то должны дать добро пять человек из Высшего административного или хозсуда, что абсурдно и нарушает 124 и 125 ст. Конституции.

Реформа решает ряд мелких технических вопросов, что хорошо – но вместе с тем основная ее коррекция добра не сулит, считает Колиушко.

– Автоматическое распределение дел между судьями (по принципу – кто свободен, тому и поручают новое дело) – это хорошо, но нужно еще суметь выполнить эту норму, – подчеркивает глава Центра политико-правовых реформ. – Уже есть информация, что в некоторых судах канцелярия перед тем, как пронумеровать дела, сначала идет к главе суда, он говорит, в какой последовательности это сделать, и только потом «автоматически» распределяет работу.

Конкурс при замещении вакансий вообще не предусмотрен в апелляционных и высших судах – там назначения будут субъективны. Впервые несколько улучшаются правила конкурса при назначении судей, но как-то половинчато.

– Непонятен момент с их учебой: в законе упоминаются вузы, созданные президентом, но ведь он не уполномочен вообще создавать их, – говорит Колиушко. – Закон был переделан из проекта Национальной комиссии по укреплению демократии и утверждению верховенства права – положения, не мешающие законодателям, остались, а касающиеся их интересов были подправлены. Интерес Кивалова, например, был в лоббировании прибыльности Одесской национальной юридической академии верховенства права, так и возникли эти «вузы, созданные президентом».

Что касается ограниченных сроков рассмотрения дел, то они, по мнению эксперта, нереальны: получится, что все судьи – нарушители, и власть сможет избирательно карать их. Отсюда и прямой механизм давления.
– Если закон не будет опротестован, то он породит еще большую коррупцию, просто в новых формах – ведь лазеек осталось предостаточно, – считает Игорь Колиушко. – Кстати, даже положение о декларировании расходов-доходов судей сравнительно с предыдущим вариантом проекта смягчилось – родственники чиновников уже не будут обязаны это делать.
– Мы сделаем все возможное – я готовлю конституционный иск, но веры в суд у меня нет из-за царящего в нем кумовства и сватовства, – говорит оппозиционер Кармазин. – А Венецианская комиссия обещала дать свою рецензию реформы не раньше ноября.

Если все так, выходит, реформа создает некую видимость упрощенного доступа граждан к правосудию, но будет ли наказывать судей за нанесенные нам обиды – неизвестно. Ее внедрят постепенно, так что времени на адаптацию к неблагоприятным условиям у них навалом.